Олигархи и санкции: жарким костром догорает эпоха

И надо сказать, западный бизнес, да и власти, общество, вполне были снисходительны к темным пятнам и сомнительным моментам в биографиях новых партнеров. Таким образом, в России появилось несколько сотен человек с внушительными состояниями, основу которых составляют доли в крупных компаниях, имеющую справедливую (т.е. определяемую фондовым рынком) оценку. Эти люди считаются ядром российской национальной деловой элиты.

Но вот с публикации того самого проспекта «Вимм-Билль-Дана» проходит 16 без малого лет. И выясняется, что Гавриил Юшваев, он же «Гаррик Махачкала» — враг (ну, хорошо, противник) американского государства! Попал в пресловутый «Кремлевский список» Минфина США.

Юшваев уже давно продал свою долю в «Вимм-Билль-Дане», да и сама компания в 2010 году была поглощена американской PepsiCo. Юшваев сегодня инвестирует в разного рода технологические стартапы и даже оказался совладельцем главного конкурента Uber в Америке. И вот на тебе… Враг государства.

Над списком из 96 «олигархов» и 114 чиновников можно иронизировать. Шутить на тему того, сколько времени занял копипаст российского списка Forbes и телефонного справочника правительства и администрации президента. Можно всерьез обсуждать, а что содержится в закрытой части доклада? Нет ли там того самого, с большой буквы, «Анализа», как работает «путинская система»… И какими приводными ремнями связаны госмашина и отечественный олигархат? 

Будет ли на основании списков введены санкции? Или администрация нашего «друга Дональда» лишь «троллит» конгрессменов, грубо вторгшихся в прерогативы президента и навязавших ему требование сочинить списки подсанкционных российских олигархов?

Но вот что пишет предприниматель Сергей Васильев, в середине 90-х году руководивший московским офисом легендарного в те времена «Тверьуниверсалбанка», сегодня — председатель совета директоров ИГ «Русские фонды»: «Готовя этот список, морща мозг, американские чиновники неожиданно прокололись и выдали то самое главное, что их раздражает в современной России больше всего. Это — наше богатство. Богатые русские — вот главный враг Америки».

Эту мысль можно развить в том направлении, что «богатые русские» не просто определены «главным врагом», но еще и очень удобным (с точки зрения борьбы с ним) врагом.

Действительно, вся эволюция крупного российского частного бизнеса последних десятилетий имела своим направлением повышение транспарентности и прозрачности для Запада. И даже коллизии последних четырех лет мало что изменили. Российские частные, да и многие государственные корпорации по-прежнему пытаются сохранить свою открытость. 

Список американского Минфина под этим всем подводит, едва ли не официально, черту. Не имеет смысла «открываться» для того, чтобы быть причисленным к числу «врагов». Как говорится, жарким костром догорает эпоха…

Ну а что взамен, спросите вы? Каковы альтернативы, если конечно не считать эмиграцию и смену гражданства?

Разрешите сообщить: в списках богатейших людей мира Forbes или Bloomberg нет ни одного действующего иранского бизнесмена. Иранские эмигранты и их потомки — есть (тот же Пьер Эмидьяр, основатель eBay). А вот таких, кто вот прямо сегодня делает дела в современном Иране нет ни одного.

И да, конечно, фундаментальным основанием для такого рода положения дел является доминирование государства (квазигосударственных структур) в экономике Ирана. Однако это не отменяет роли, которую в Исламской республике играет крупный частный бизнес. Или, точнее частные бизнес-интересы.

Другое дело — обстоятельства, в рамках которых мир узнает имена богатейших предпринимателей Ирана. Например, в 2016 году в Тегеране приговорили к смертной казни человека по имени Бабак Заниджани. Он вроде бы как занимался экспортом иранской нефти в обход санкций, а еще отелями, финансами, IT, авиапервозками и проч. Сам он свое состояние оценивал в $13,5 млрд. А уж сколько там на самом деле — кто его знает… В Иране Forbes, по понятным причинам не издается. 

Во всяком случае, к смертной казни Заниджани приговорили по делу об «исчезновении» $2,7 млрд, вырученных от продажи госнефти. Приговор в исполнение до сих пор не приведен. Считается, что Заниджани стал жертвой разборок в высшем руководстве Ирана.

Еще один персонаж — Махавариду Амиру Хосрави. В 2014 году был казнен по обвинению в мошенничестве. Кому надо (или не надо?) дал взятку, получил в госбанке кредит на $2,6 млрд и вложил эти деньги в приватизацию крупного сталеплавильного завода. Что там произошло на самом деле сказать сложно. Но масштабы деятельности понятны: этот человек не на базаре спичками торговал.

Есть еще, например, Асадолла Асгаролади. Сопредседатель российско-иранской торговой палаты со стороны Ирана. А еще иранской-китайской, иранско-канадской и иранско-австралийской торговых палат заодно. Иными словами, выполняет важные поручения правительства и народа Исламской республики. Вел с Россией переговоры о покупке «Сухих Суперждетов» и о допуске на российский рынок иранских фруктов-овощей.

Сколько у него денег, интернет не знает. То ли $400 млн, то ли $9 млрд на всю семью. Семье принадлежит агломерат Hasas, который экспортирует специи, орехи и сушеные фрукты, спекулирует валютой, торгует нефтью. 

То есть миллиардеров (в пересчете на доллары США, имеется ввиду) в Иране как бы нет, но на самом деле они есть. Занимаются (под крышей государства и корпуса стражей исламской революции) всем подряд, но за популярностью не гонятся, в road show в Лондон-Нью-Йорк не ездят, «прозрачность бизнеса» не практикуют. 

О масштабах деятельности самых выдающихся среди них становится известно из суровых, но справедливых приговоров исламского суда. Остальные, как говорится в таких случаях, остаются в тени.

Резюме? Иран и Россия не зря упомянуты через запятую в том самом пресловутом «Законе о противодействии противникам Америки посредством санкций». Меры, которые сменяющиеся одна за другой американские администрации применяют к Тегерану, имели следствием исчезновение из публичного пространства крупного национального частного капитала. Часть бизнесменов эмигрировало, другие — мимикрировали, исчезли с радаров не только мировых деловых СМИ, но и, сдается, спецслужб так же.  

Россию, представляется, ждут схожие перспективы. Крупные частные корпорации и их владельцы выглядят в нынешних условиях слишком очевидным объектом давления, чтобы иметь возможность для устойчивого развития. Что будет дальше? Кто-то из хозяев эмигрирует, и место будет занято людьми, менее склонными к публичности. Где-то неминуема национализация. Кто-то спрячет систему владения активами за подставными фигурами. 

Так или иначе, но общим трендом ближайших лет стоит признать «де-легализацию» крупных состояний и стремление российского частного бизнеса спрятаться за государственными схемами и структурами.

И да, к 2024 году, концу следующего президентского срока Владимира Путина, Forbes, если все пойдет, как идет сегодня, вряд ли наскребет (если наскребет вообще) такое количество миллиардеров. При всем уважении к изданию. Лет через пять новый список российских миллиардеров — «врагов» американским властям будет составить неизмеримо сложнее.

Forbes.ru